«Нам есть что показать миру»

Интервью Билли и Константин назначают на 12.00. Это довольно странно и необычно, ведь, как правило, люди творческие предпочитают встречаться с журналистами во второй половине дня. Впрочем, нам это только на руку: в баре Th e Hat, где проходит беседа, в это время пусто и тихо. Идеальная обстановка для разговора, который оказался не таким простым и однозначным, каким предполагался. Итак, кофе сварен и наполняет ароматом интерьер бара, можно начинать разговор.

Парни, расскажите о проекте «Звезды петербургского джаза». Что это такое и как он появился на свет?

Билли Новик: Удивительно, что при таких исходных данных, которые мы имеем сегодня в Петербурге в контексте джаза, петербургский джаз находится в каком-то странном, аморфном состоянии. За исключением того, что происходит в Филармонии джазовой музыки, где как и раньше было хорошо, так и сейчас все прекрасно. В остальном же везде – и у нас, и за рубежом – домини рует кто угодно, но только не петербургские джазмены. Петербургская джазовая школа находится в каком-то невнятном состоянии. Для того чтобы собрать все, что мы имеем, в некое ядро, был создан проект «Звезды петербургского джаза». Проект, с одной стороны, собирает большое количество джазменов петербургской школы разных поколений, а с другой стороны, представляет людям новую и свежую энергию и мощь петербургского джаза.

Константин Хазанович: Я хочу добавить, что эта джазовая традиция в Петербурге очень сильная. Джаз у нас существует давно, старейшему джаз-клубу более 50 лет, но из-за полного упадка культуры, который пришелся на 1990-е годы, эта музыка стала практически никому не нужна.

Почему это произошло?

К.Х.: Потому что вся культура, которая была, обрушилась. Все начали слушать «Вишневую девятку» или какой-нибудь шансон.

Б.Н.: Появился культ криминала. Бандит стал идеалом всех девушек. Дети на вопрос, кем они хотят стать, отвечали: бандитом. Это культ криминала, который повлек за собой спрос на тюремную музыку.

К.Х.: А сейчас мы видим, как возрождается культура. Мы видим, что есть какая-то новая культурная волна среди молодежи. Эта волна идет как волна некой осознанности, осознанности своей индивидуальности и взаимодействия с миром. Это волна интеллектуальной культуры, молодежь очень хорошо реагирует и на джаз. Джаз является искусством импровизационным, он всегда творится в моменте. Когда джазовый музыкант берет инструмент и начинает играть, он порождает новую Вселенную, которая умирает с последними тактами и никогда больше не будет существовать. Это живое искусство, это искреннее искусство и, конечно же, это интеллектуальное искусство. Настоящий джазовый музыкант обязан очень хорошо знать классику, основы сольфеджио, гармонии и в совершенстве владеть инструментом. Только при этих данных можно начать заниматься джазом.

Наверное, поэтому люди сегодня тянутся к джазу. Наш проект, собственно, и пока- зывает эту новую энергию, которая сейчас собирается вокруг джаза.

Б.Н.: Проект «Звезды петербургского джаза» представляет широким массам истинную красоту джаза. В последнее время в контексте современного искусства представления широких кругов о джазе сводятся к тому, что это сумасшедшая, некрасивая и очень сложная, если не сказать уродливая, музыка.

Возможно, это риторика советских времен?

Б.Н.: Наоборот, в советские времена джаз как раз был красивым! В современном же мире, где расхож лозунг «Художник так видит», любой музыкант считает, что имеет право считать себя джазменом, при этом не зная даже основ музыки. Это очень сильно дискредитирует само понятие «джаз». Посмотрите, сейчас джазом называется то, что даже близко не является джазом, в чем нет ни одного джазового штриха. Та красота, та культура, та легкость восприятия, которые всегда были свойственны джазу, как раз представляются нашим проектом именно широким массам.

Нет ли здесь противоречия? С одной стороны, вы хотите расширить ауди- торию, но с другой – джаз все равно представляется чем-то особенным и закрытым.

Б.Н.: Ничего подобного!

К.Х.: Наш проект как раз на примере джаза распространяет идею того, что и массовое искусство может быть интеллектуальным.

Б.Н.: И прекрасным. Это очень важно, потому что искусство не должно быть уродливым.

К.Х.: Получается такой органичный и естественный выход из мелких джаз-клубов на большую сцену. Проект «Звезды петербургского джаза» рассчитан на залы от 300 человек, которые мы успешно собираем. Причем на концерты приходит очень разная публика. Наша задача – распространить джаз как идеологию и как вид искусства, а также показать самих мастеров, сделать акцент на них. Это делается для того, чтобы показать истинные, фундаментальные формы искусства, ведь джазовый музыкант не может спрятаться за ярким образом. В джазе у вас есть шанс напрямую увидеть, как музыкант владеет формой, насколько развито его чувство эстетики, как хорошо он владеет материалом. В Петербурге очень много прекрасных музыкантов, каждый из них индивидуален. Нам есть кого показать.

Б.Н.: А главное, есть огромное количество людей, которые уже давно находятся в поисках этой самой музыки. И я один из них! Я 10 лет искал этот джаз и просто не мог его найти, пока случайно не зашел в подвал на Садовой. Был единственный день в неделю, когда там собирались джазмены и делали традиционный джазовый джем.

То есть запрос на интеллектуальное искусство есть?

К.Х.: Да, конечно! Созрело новое поколение, которое не имеет никакого отношения к 1990-м, и ему нужна какая-то новая культура. И она сама приходит. Многим нужно на что-то опираться, и они выбирают джаз, интеллектуальное искусство.

Б.Н.: Джаз уникален тем, что, являясь красивой музыкой с классическими и фундаментальными формами, легок для восприятия. Это классический джаз, который нельзя сравнить с так называемым современным джазом. Большая часть современного искусства вообще – это фейк. Художник тешит свое эго, а не служит искусству.

К.Х.: Да, многие забывают о том, что истинный художник должен не просто видеть, а уметь это свое видение превратить в форму. И эта главная вещь сегодня абсолютно вычеркнута из искусства, которому можно лишь служить. Раз уж мы заговорили о современном искусстве, давайте обсудим ситуацию, которая сложилась сегодня в России. Вы пропагандируете джаз, имеющий западные, зарубежные корни, а с этим у нас сегодня строго.

К.Х.: Это большая ошибка, с которой мы тоже боремся. Джаз, как и любая другая музыка, не может принадлежать какой-то одной стране. Если в Америке или Европе играют Чайковского, это не значит, что они – диссиденты. Музыка интернациональна. Что касается джаза, это тот стиль, который сформировался под влиянием музыки всей планеты, в том числе и российских композиторов. Просто весь этот мультикультурный синтез смог произойти только в Америке. Нью-Йорк в то время был настоящей эмигрантской столицей. Поэтому джаз не нужно воспринимать как влияние зловредной Америки, это заблуждение.

Б.Н.: Джазу уже 100 лет, а это значит, что это явление нужно воспринимать как общечеловеческое достояние. Мы же не говорим, что барокко – это исключительно Италия. Кроме того, во всем мире джаз считается самой примиряющей музыкой: он не связан ни с какими религиями, но при этом и не атеистичен. Эта музыка в современном контексте связывает все, что мы имеем в музыке: ритм, гармонию и мелодию. В джазе коктейль этих трех составляющих уникален. И главное – сегодня он очень актуален. Джаз – это то, что делает человека лучше.

Мы можем говорить, что у вашего проекта есть и образовательная, просветительская функция?

К.Х.: Да, через джаз мы пропагандируем понимание фундаментальной эстетики и ее перевод в форму. Чем глубже понимание человеком эстетики, тем совершеннее будет форма, которую он создает. Это незыблемый закон искусства, который написала сама Вселенная. Менять здесь ничего не получится. Конечно, существуют художники, которые думают, что видят что-то другое, а не то, что придумала природа, однако это скорее гордыня и необузданное эго. Вселенная настолько огромна и сложна, что пытаться бороться с ее устройством – гиблое дело. За тот короткий промежуток жизни, который нам дан, нужно попытаться познать то, что у нас есть, а не выдумывать что-то новое.

Разве не в этом состоит задача художника?

К.Х.: Это естественный процесс. Естество природы делает так, что художник будет делать то, как он видит. Однако он все равно подчинен ей, природе. Он не может создать ничего, что бы она уже не предполагала.

Давайте все-таки вернемся к проекту и расскажем об артистах, которые в нем участвуют. С одной стороны, мы говорим о звездах, но с другой, знатоков джаза немного.

К.Х.: Я бы не стал делать акцент на том, что джаз знают немногие.

Б.Н.: Конечно! Обратите внимание, что ни один рок-клуб не собирает столько публики, сколько собирает этот бар.

Понедельник, вторник – неважно, здесь всегда полно народа.

К.Х.: Джаз – это уже давно не какая-то закрытая культура.

Можно смело называть Петербург джазовой столицей России?

Б.Н.: Да, ни в одном другом городе нет столько джаза.

К.Х.: Это уже не та закрытая культура, что была раньше. Джаз – это не андеграунд.

А при такой открытости и массовости нет риска потерять что-то оригинальное, истинное?

К.Х.: Нет, потому что мы все-таки отталкиваемся от фундаментальности. Тот же рок-н-ролл вышел из джаза, но это примитивизация. Музыканты взяли какой-то небольшой кусочек того, что играет джазовый барабанщик, и начали это эксплуатировать. Однако это всего лишь какая-то частичка из бесконечной Вселенной джаза, которая каждый раз будет разной. Мы же, джазмены, зрим в корень.

Б.Н.: Сегодня любой пользователь может сделать при помощи гаджетов инди-рок. Поэтому такая музыка лавинообразно обесценивается, и приходит понимание, что настоящая-то музыка в наших руках. И тут на сцену выходят джазмены со своими фундаментальными познаниями и навыками, в том числе и нравственными, что очень важно для джаза.

К.Х.: Очень важно понимать, что джазовая музыка была практически убита шоу-бизнесом, алчностью продюсеров. Потом появилась цифровая музыка, при помощи которой можно воздействовать на сознание человека, вызывать его стадное чувство. Джаз же – это музыка для интеллекта, а интеллект требует индивидуальности. Мы не ставим себе задачи вывести джаз на стадионы и собирать какие-то невероятные толпы. Нет, нам нужны те, кто понимает, кто что-то ищет. Кстати, это очень интересный вопрос.

Кого вы ждете на концертах?

Б.Н.: Мы ждем обычных культурных людей.

К.Х.: Людям невежественным это будет неинтересно, непонятно. Обычно они говорят: «Что-то мне скучно».

Б.Н.: В The Hat мы наблюдаем это каждый вечер. Из десяти копаний гопников девять говорят: «О нет, джаз! Уходим скорее!». А кто-то один останавливается, видит, как у музыкантов дымятся пальцы, и в нем что-то просыпается. Он говорит, что никогда в жизни не думал о том, что джаз – это так круто.

К.Х.: Пришло время искать свою индивидуальность! Проще сказать, что ты вместе со всеми, но быть самим собой гораздо круче. К сожалению, на это способны немногие.

Наверное, в этом и есть смысл существования человека – идти по этому пути познания?

К.Х.: Да, и джаз может стать одним из инструментов этого познания. Музы ка – это в принципе один из ключей к тайнам Вселенной. Это самое сложное из искусств, она эфемерна, ее нельзя ощутить, потрогать… При этом она передает суть мироздания, дает понять, как идея может приобрести некую форму, которую даже нельзя потрогать. Ее не существует, но она есть. На этом своим проектом мы и хотим сделать акцент.

Сегодня искусствоведы часто говорят, что современное общество очень инфантильно. Отсюда и популярность таких проявлений искусства, где есть интерактив, возможность участия зрителя в процессе.

К.Х.: Да, но есть основы, которые незыблемы. На них строится вся природа и человек вместе с ней. Уже все есть! Не нужно изобретать велосипед – вот он стоит, садись и езжай. У тебя есть шанс больше проехать, больше увидеть и больше узнать.

Б.Н.: Сегодня и музыканты думают так: зачем мне учиться музыке и тратить время на анализ и разучивание чужих произведений? Если я забью голову чужой музыкой, что же я тогда сам сочиню?

К.Х.: Все хотят быть новаторами и обойти основы. Но новатором нельзя стать искусственно, это органический процесс, это происходит само собой. Человек может придумать что-то новое, лишь постигнув азы, и сформировать свое собственное видение окружающего мира.

Вот только тогда это происходит автоматически. Точно так же и импрессионизм – это не просто какая-то мазня, это взгляд под другим углом на те же самые фундаментальные основы искусства. Это подход с другой стороны, но он основан на определенном фундаменте. Если вы просто начнете извлекать из предметов какие-то звуки, это уже каменный век.

Так, может быть, человек хочет вернуться к корням?

К.Х.: В этом плане мы, к сожалению, станем ограничены.

Б.Н.: Если человек хочет вернуться к корням, то нет ничего проще. Вот он родился, сидит на горшке и ест конфеты. Все. Ничего больше ему не надо.

К.Х.: Набор звуков ограничен. Есть только 12 нот и не более. Вся музыка может состоять из комбинаций этих 12 нот. Иоганн Себастьян Бах уже все придумал и собрал эти ноты в единую форму гармонии. Уже в 1950-х годах Стравинский писал, что больше никакой новой гармонии не может существовать. Все уже придумано. Нам уже не нужно что-то исследовать, эта работа уже проделана, нам остается лишь идти дальше.

Б.Н.: Джазмены говорят: «Сыграй мне квадрат импровизации. И это будет лучший твой паспорт». В этом проявится все твое воспитание, твое окружение, твоя мысль, твое умение облачать мысль в форму, твоя общая культура, эрудиция, быстрота реакции… Это полная карта человека в контексте музыки. Вот что такое джазовая импровизация – достаточно одного квадрата. Приглашая абсолютно всех на «Звезд петербургского джаза», вы предпринимаете попытку вырвать человека из его серых будней, показать ему что-то красивое и отправить на путь познания. Это же большая трагедия!

К.Н.: Нет, никто не может сделать этого насильно! Это процесс естественный. Мы можем лишь показать двери и дать ключи. Мы даем возможность для того, чтобы это случилось.

Б.Н.: Это не трагедия, не горе. Это радость, праздник!

К.Х.: Это же здорово, если человек начал о чем-то задумываться! Это движение вперед.

Б.Н.: Наша задача заключается в том, чтобы любой, кто придет на концерт «Звезд петербургского джаза», сказал: «Я и не знал… Я и не знал, что на самом деле все это так прекрасно. Я думал джаз – это страшно скучно».

К.Х.: Часто можно услышать после концерта, как люди говорят, что получили какой-то заряд энергии. Люди выходят заряженные живыми, искренними эмоциями. Только в джазе это возможно. Даже классика не дает такого эффекта, потому что классический музыкант не владеет таинством самозарождения музыки. Он играет лишь ноты, которые перед ним, он владеет лишь инструментом и техникой исполнения. Однако этого недостаточно, музыкант должен творить. Джаз – это единственное явление, где мелодия, гармония и ритм так круто раскрываются. Это музыка живая, причем она живет недолго, и в этом есть большой кайф. Это возможность урвать у Вселенной короткий момент истины, который уже никогда не повторится. И этот опыт уже нельзя у тебя забрать. Из этих кирпичиков ты уже что-то можешь построить.

О’кей, давайте все-таки расскажем о музыкантах, которые участвуют в проекте.

К.Х.: В первом составе «Звезд петербургского джаза» принимали участие музыканты из Jazz Classic Trio: Андрей Зимовец, Николай Затолочный и Егор Крюковских. Также с нами выступали лидер Jazz Philharmonic Big Band Кирилл Бубякин, певица Юлия Михайловская, замечательный трубач Иван Васильев.

В «Эрарте» 30 августа выступит второй состав, вторая сборная сильнейших джазменов Петербурга. Это пианист Николай Сизов, Вадим Михайлов на контрабасе, на барабанах молодой, но очень талантливый музыкант Артем Теклюк. Также с нами будут выступать один из легендарных джазовых саксофонистов Петербурга Дмитрий Попов, замечательный трубач Евгений Соколов, певица Алла Туровская. Все это петербургские музыканты, которых мы хотим показать всему миру.

Б.Н.: Наш проект долгосрочный. Пока мы живы, мы будем его продолжать. Появятся и третий, и четвертый составы. Это гордость Петербурга, которая должна быть представлена всей стране и миру. Нам есть что показать. Петербургский джаз всегда отличался своей сдержанностью, красотой и интеллигентностью.


Материал из номера: Август 2015

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.